Евгений Гаврилов: - Несколько слов о ваших последних работах. Над чем работаете? Андрей Мисин: - Определённое время назад я решил не сосредотачиваться на глубокой работе, связанной с большим русским материалом, то, что раньше выпускал - сам пел и прочее. У меня появилось большое желание пойти вширь, пописать различную полярную музыку.
Как ни странно, в первое время всё-таки было желание каким-то образом оставаться на сцене, не просто уйти в чистое композиторство и просто писать. По этой причине был интересный эксперимент, когда был ещё жив Григорий Горин, который написал пьесу "Чума на оба ваши дома". Пьеса была поставлена в театре Маяковского, я написал всю музыку и шесть вокальных треков. И в течение трёх лет, что бы не делал, один раз в неделю в театре Маяковского пел этот спектакль.
Для того чтобы не бросать всё резко - те же люди, аплодисменты после песен и т.д. Но это совершенно полярная музыка, написана в эстетике XVI века, основывалась на неких музыкальных пристрастиях старинной лютневой музыки и т.д. По прошествии времени написал ещё один спектакль, тоже для театра Маяковского,- "Карлик", но там уже передал вокальные полномочия актёрам и сказал: "Всё, ребята! Напелся и наигрался в театре на всю жизнь!".
Я такой человек, что два-три года - и что бы ни делал, мне надоедает. По этой причине, наверное, и оставил себе написание каких-то достаточно сложных произведений как одну из составляющих себя.
Несмотря на какие-то театральные работы, параллельно продолжал писать музыку, был ряд успешных работ в документальном кино с режиссёром Мирошниченко, который преподаёт во ВГИКе. Он - самый главный у нас кинодокументалист, было сделано несколько хороших документальных работ, в том числе и фильм с моей музыкой, "Московский ангел", который в Нью-Йорке занял первое место на конкурсе кинодокументалистов.
Всё шло одновременно. В это же время написал целый цирковой спектакль, который был абсолютно не похож на меня. Это была чистейшей воды электронная музыка из современной городской московской жизни с разными танцами. Года три работал этот спектакль, работал, работал.
Параллельно продолжаются совершенно полярные работы. Мне скучно просыпаться и делать то, что делал вчера.
Допустим, возьмите совершенно разные треки, которые пишу Кристине Орбакайте. Это же полярные треки. Например, "Ты буди меня поцелуями нежными" - чисто дэнсовая электронная, и совершенно в манере "Любэ" известнейшая песня "Помни, не забывай".
Или допустим, тот же Лепс. Возьмите его альбом "В центре Земли". Там два видеоклипа на две полярные песни. На песню "Замерзает солнце" и "Она умеет делать мне любовь". Полярнейшие песни! Одна - одесско-итальянский шансон, а вторая - чистейшей воды рок страшной силы.
Е.Г. - С кем вы сегодня работаете? Андрей Мисин: - Люблю работать с исполнителями, которые не зацикливаются в рамках какой-то одной эстетики. Как ни странно, этой чертой обладает Кристина. Она при своём достаточно умеренном вокальном таланте умеет так полярно с песнями разбираться - тут такая, тут такая - что не становится скучной. Так же и с Гришей Лепсом работаем. Буквально вчера записывал новую красивую песню.
Всё дело в том, что я отдаю себе отчёт в вокальных способностях тех людей, с кем мне приходится работать. Никогда не даю песню, которую человек не сможет спеть. И наоборот, даю самую вокальнейшую песню человеку, который умеет петь. А во мне песни рождаются с завидным постоянством. Буквально позавчера Кристина получила две совершенно новые, очень симпатичные песни.
Возможно, сложится наш тандем с исполнителем Стасом Михайловым. Это мы работаем с Кареном Кавалеряном. Мы очень много с ним написали песен.
Е.Г. - Почему о вас не слышно? Андрей Мисин: - Люди спрашивают: куда я девался? Никуда не девался. Просто работаю. Некогда отвлекаться на какие-то посещения сайтов. А потом открою маленький секрет: я вдруг обнаружил, что мне хочется выпустить в следующем году альбом, где просто буду играть на аккордеоне. Во мне живёт эта страсть. В детстве очень много играл на этом инструменте.
Есть много мелодий, которые по той или иной причине либо стали, либо не стали песнями, но сами по себе красивые. Мне вдруг захотелось взять и очень минимальным составом: контрабас, акустическая гитара, барабан и аккордеон - просто сыграть их.
Это желание во мне должно исчезнуть, а, как правило, оно исчезает после записи материала. Как только ты материал от себя отпускаешь, он начинает жить своей жизнью. Вот на пластинке выпустил - и отпустил. Пусть живёт. Не собираюсь с аккордеоном ездить по гастролям.
У меня есть желание. Счастливая жизнь, если ты совпадаешь со своими желаниями и живёшь легко.
Но единственное, где не могу жить легко, это, наверное, глубинно славянская привязанность, с севера славянская. Очень люблю это. Это, наверное, где-то живет генетически. По этой причине накоплено много любопытнейшего материала. Но мне хочется реализовать его в тишине, не отвлекаясь на написание песен кому-то или аккордеон и всякое такое.
Наша жизнь иногда состоит из очень странных вещей. Допустим, раньше с радостью такой материал выпустил бы, но, как ни странно, поэт, с которым я очень любил работать, на какое-то время увлёкся восточными теориями, потом сельскохозяйственными увлечениями внутри страны.
И вдруг он мне звонит, его зовут Сергей Патрушев, я с ним много в своё время написал музыки, и сообщает, что всё, он опять готов писать. А я без него как без рук. Это то же самое, что, привыкая к одной студии, очень трудно найти другую, в которой ты что-то можешь сделать.
Помню, когда выпустил первый альбом, который на виниле назывался "Чужой", а потом на компакт-диске "Азъ есмь". Всё было записано в студии Дворца молодёжи. Но звукорежиссёр уехал в Норвегию. Это был Игорь Замараев, звукорежиссёр норвежского драматического театра в Осло. Он без работы там не остался с его талантами. Но мы остались как без рук.
Там он уже этой профессией не занимается, загружен всякими театральными мюзиклами, постановками и прочим. И ему не до записей.
Последние альбомы, которые он здесь записывал, потом стали музыкой. Что группа "Альянс", Инна Желанная, "Ария", последний альбом группы "Автограф" "Каменный край" - всё писалось в одном месте. Настолько всё это было разное и правильное.
Вот что такое один человек в истории. Всё, человек уехал. А я так и не смог найти человека, который мог бы адекватно считывать то, что хочу!
Конечно, появилась новая музыка, новые люди, новые звуки, но те, кто хотел какого-то настоящего, живого профессионального звучания, "осиротели". Всё сегодня заточено на электронику и т.д.
Что касается Сергея Патрушева, он, наконец-то, вернулся. Он под Краснодаром построил дом. Я спросил: "Зачем тебе дом под Краснодаром?" - "Понимаешь, там тепло, там здорово! Там фрукты, овощи, там до моря недалеко и вообще там погода, климат, там тишина, там не Москва".
Прошёл год. Звоню: "Ну как?" - "Всё. Продаю. Не могу. Тоска гремучая. Здесь слишком хорошо. Не могу без Москвы". - "Ну, давай, давай". - "Всё, готов опять писать, работать".Мы просто из другого поколения, из других слов.
Вот интересно. С Кареном я работаю на рынок: Пугачёва, Орбакайте, Гверцителли, Лепс, Михайлов - всё Карен. Что же касается глубинной музыки, которую сам, кстати, мог и хотел бы произносить, мой род - это Патрушев. Кроме, конечно, наших поэтов устоявшихся, больших, на которых держится литература.
У меня много было песен, начиная от Слуцкого и заканчивая Мандельштамом. Патрушев принадлежит к тому же взгляду на поэзию.
А Карен - совершеннейший поэт-песенник. У него всё выстроено, вся логика конкретно под песню.
Мной написано много песен, которые можно было бы спокойно спеть самому и прекрасно чувствовать себя на рынке шансона. А вот мой род это не произносит! Надо отдавать себе отчёт в этом. Когда и какие слова ты говоришь.
Вот так и живу. Прекрасно. Пишу и пишу. И играю на аккордеоне…
Как смеётся всегда Карен, звонит и спрашивает: "Ну, ты что?" А я правой держу трубку, а левой рукой на аккордеоне: мцик, мцик, мцик. Он: "Понял! Не отвлекаю". Вот так всё и происходит.
Е.Г. - Выходит, аккордеон никогда не выпускали из рук? Андрей Мисин: - Практически, да. Кстати, к русской культуре пришёл через аккордеон. Удивительная штука.
Когда учился в консерватории, то последние три курса - заочно. Это была алма-атинская консерватория, а переехал в то время в Москву.
И вот чтобы зарабатывать деньги на дальние перелёты, три года работал в Западной Белоруссии на свадьбах. Играл на аккордеоне. Иногда часов по 5-6, при свете керосиновой лампы.
Играл польки, вальсы, народные песни и прочее. Видимо, за эти три года западно-европейская, славянская, польско-белорусская культуры настолько вошли в мой организм, что было естественным результатом, когда приехал в Москву, выпустил альбом "Азъ есмь". "Чужой" и прочие - чисто славянские песни.
Это произошло естественным путём. Раз! И пошло в эту сторону. Всего лишь несколько лет игры на народных свадьбах в деревнях, когда люди поют народные песни. Ты им аккомпанируешь, а в голове автоматически что-то происходит.
До этого я был не самый большой фольклорист. А тем более там такой замес! Западная Белоруссия, где одновременное влияние Украины, Польши, России. Там такая любопытная музыка!
Е.Г. - На каком инструменте вы начинали свой путь в музыку? Андрей Мисин: - У меня всегда один инструмент -микрофон. Немножко умею играть на пианино. Даже когда-то в ансамбле на нём играл. Но всегда был певцом.
Е.Г. - С Татьяной Ахрамковой, с которой вы поставили "Карлик", у вас сложился тоже творческий тандем? Андрей Мисин: - Мы просто на какое-то время сработались. Люблю на 2-3 года плотно чем-то одним заниматься. После этого мне становится достаточно скучно. Мозгам нужно что-то другое.
Я совершенно непостоянный человек. Может, по этой причине ушёл со сцены, мне так надоело одно и то же петь! Всё время быть одним и тем же. Хотелось совершенно полярного. Хочу попробовать всё. Меня многие ругают за это, но хочу жить своей жизнью.
Что толку всё время приходить и говорить: "Вот я вот такой!". Это бессмысленно. Ты, в конце концов, от этого памятника и погибнешь. Он тебя и раздавит. Это неинтересно.
Я каждый день пытаюсь найти новую музыку. Не только свою. С большим удовольствием лажу по Интернету и выискиваю разных чудаков, в любых направлениях. Умею радоваться простым вещам.
Недавно Тёма Троицкий где-то обмолвился про американский сайт, где много русских. Один-единственный университетский сайт, где выставляются много новых русских артистов, которые посылают песни в надежде на американский рынок.
На нём открыл видео - и вдруг вижу какой-то коллективчик, который, по-моему, называется "Пролог". Парень и девушка. И такой клипчик! Получил такое удовольствие! Несмотря на то, что всё, что они делают, знаю наизусть, умею радоваться простым удачам других людей.
В то же время слушаю сложнейший альбом Стинга, где он сыграл на лютне с Эгином Карамазовым. Все говорят: "А-а…" А на самом деле великолепнейший альбом, где показаны новые возможности, как можно обращаться со звуком. Как лютня звучала бы в день сегодняшний, со всеми техническими возможностями сегодняшнего дня, со всеми обработками.
Ведь нельзя делать из музыки нечто застывшее. Когда слушал этот альбом "Стинга", ловил себя на мысли, что мне это нравится ещё и потому, что звучит так современно! А не застывшее, из того века.
И в то же время люблю аутентичнейшую стариннейшую музыку слушать и в оригинале. Короче, живу своей жизнью.
Е.Г. - В своё время вы, как и Сергей Патрушев, тоже убегали в деревню? Андрей Мисин: - Не то чтобы в деревню. Даже сейчас скажу такую вещь: построил себе дачу в лесу и думал, что я там ух! А получается, что там бываю в году дней двадцать. Белки, лисы, птицы. Иногда туда приезжаю и даже гитару не расчехляю. Выйдешь на крыльцо, сядешь - и так хорошо! Там не надо искусственной музыки. Сама природа - музыка. Начинаешь получать удовольствие от естественной музыки, музыки природы.
Е.Г. - Недостижимый идеал? Андрей Мисин: - Если ты захочешь добраться до музыки природы, тогда лучше ехать на Восток. Именно по этому принципу выстроены все восточные философии и прочее. Ты должен раствориться в этом. Как правило, человеку, который что-то создаёт сам, растворения в природе в течение трёх дней может хватить на ближайший год собственной работы.
Но не надо приезжать на природу, вытаскивать гитару, жарить шашлык и на весь лес орать песни. Это исключено. Если ты не слышишь природу, ты не слышишь ничего.
Андрей Мисин